О вкладе выпускницы медицинского факультета Донского университета, ставшего предтечей РостГМУ, Зинаиды Ермольевой в Великую Победу рассказала заведующая кафедрой микробиологии и вирусологии №2 доктор медицинских наук, профессор Галина Георгиевна Харсеева.
Большое интервью с ней журналистам радиостанции «Вести ФМ» вышло в эфир 8 мая. А сегодня мы представим рассказ из той его части, где Галина Георгиевна делится историей про спасение от холеры летом 1942 года бойцов Красной Армии и жителей в осажденном Сталинграде.
Зинаида Ермольева — донская казачка из хутора Фролов области Войска Донского, ныне являющегося городом Фролово Волгоградской области.
Окончив Мариинскую женскую гимназию Новочеркасске, Зинаида написала заявление о зачислении на медицинский факультет Донского университета на имя ректора института и атамана Войска Донского.
И дочь казачьего офицера стала студенткой. Любимый предмет — микробиология. Преподаватель — выдающийся микробиолог Владимир Барыкин.
В 1921 году, по окончанию института, Зинаиду Ермольеву оставили ассистентом на кафедре микробиологии. В 1922 году в Ростове-на-Дону вспыхнула страшная эпидемия холеры.
Зинаида Ермольева предположила, что массовое заражение происходит через воду. И в доказательство своей теории выпила стакан водопроводной некипяченой воды. Это едва не стоило ей жизни, но зато благодаря этому эпидемиологи разработали нормы очистки и хлорирования питьевой воды, которыми пользуются по сей день.
Работая в Москве в Биохимическом институте имени Баха – это уже был 1925 год, она продолжает заниматься изучением возбудителя холеры. Когда в 1935 году в Средней Азии случилась вспышка холеры, Ермольеву командируют на границу с Афганистаном как одного из опытных специалистов-эпидемиологов.
В Ташкенте наша микробиолог создаёт метод экспресс-диагностики и эффективный препарат-бактериофаг, который использовался при лечении и профилактике не только холеры, но и брюшного тифа, и дизентерии.
За эти открытия Зинаида Ермольева получает звание профессора.
В итоге её изобретение, как мы теперь знаем, очень пригодилось в годы Великой Отечественной войны.
В 1942 году в немецких войсках, осаждающих Сталинград, вспыхнула эпидемия холеры. Защитить город и советских воинов от неё спецрейсом по приказу Верховного Главнокомандующего прибывает Зинаида Ермольева.
Проблемы у эпидемиологов сразу начались глобальные: эшелон, в котором везли партии холерного бактериофага, для лечения наших бойцов и местного населения, немцы разбомбили.
Самолёт, который вёз партию бактериофага, был сбит.
Но Зинаида Виссарионовна не растерялась, и предложила в подвале разбомбленного дома организовать лабораторию по производству холерного бактериофага.
Технологией получения этого препарата она владела в совершенстве, она апробировала ее, работая в Ростовском медицинском институте.
И этой женщине удалось невозможное: с командой из 6 человек она получила огромную партию бактериофагов. При этом серьезно озадачив немецкое командование.
Ведь фаги работают только тогда, когда четко совпадают с рецепторами на поверхности холерного вибриона: потому что штаммы — то есть разновидности возбудителя холеры, могут быть различны.
Встал вопрос: как адаптировать технологию производства бактериофагов именно к тем холерным вибрионам, которые циркулировали в то время в Сталинграде?
Дело в том, что в 1942 году население Сталинграда официально составляло 800 тысяч человек. Но туда стекались беженцы из Европейской части Советского Союза, туда вывозили детей из блокадного Ленинграда. И потому народу в городе было втрое больше.
Скученность населения, антисанитария, бомбёжки создавали все предпосылки для возникновения эпидемии холеры.
Большие опасения вызывали данные о случаях заболевания холерой на территории Сталинграда, в том числе – в немецких частях.
Санитарно-эпидемическая разведка работала в Советском Союзе как часы. Когда наши войска продвигались вперед, перед ними шли санэпидразведчики, которые брали пробы почвы, воды и смотрели, что же в ней находится.
У немцев такого не было, поэтому случались эпидемии острых кишечных инфекций и брюшного тифа.
Эпидемиологическая разведка вместе с войсковой разведкой ходили за линию фронта и переносили через нее для Зинаиды Виссарионовны трупы немецких солдат, погибших от холеры.
Немцы не могли понять, в чём дело и предполагали, что русские занимаются каннибализмом.
Но на самом деле Зинаида Ермольева выделяла от них актуальные штаммы холерного вибриона, получив в итоге препарат бактериофага — вируса, пожирающего именно те холерные вибрионы, которые циркулировали в Сталинграде летом 1942-го года.
Медиками велась огромная работа. Полученным холерным бактериофагом необходимо было пролечить наших военнослужащих, местное население, и людей, которые пребывали из других регионов.
Ежедневно 50 тысяч человек получали профилактические дозы холерного бактериофага.
Зинаида Виссарионовна и её коллеги работали без отдыха и сна, проводили не только фагирование населения, но и обучали медицинский персонал проведению противоэпидемических мероприятий.
В 1943-1944 годах в монографии «Холера» она обобщила опыт того, что было сделано летом 1942 года в Сталинграде.
Но впереди у Зинаиды Виссарионовны были не менее значительные открытия. О них мы расскажем в следующих публикациях, посвященных 80-летию Великой Победы и вкладу в неё отечественной медицинской науки.
#Победа80
